Дмитрий Новиков (dales_man) wrote,
Дмитрий Новиков
dales_man

Где у меня тут что

Сплошные сомнения. Может "туда" и не надо ходить, потому что куда ни глянь, во что ни ступи, сплошной totus mundus agit histrionem. Кому надо посложнее - пожалуйте к переполненному яствами столу, кому попроще - милости просим. Всё готово, рукоплещите. Только с искренностью скорее полный недобор, вернее - её почти нет. Но здесь нечего сокрушаться, это повсеместно.

Вчера вечером оказался "там". Решил: мол, если с наступившей духотой неплохо справляются кондиционеры (а "там" они есть), то всенепременно надо идти. В любимой Табакерке давали "Женитьбу Белугина". В уютном, почти домашнем полуподвальном помещении театра Олега Табакова на Чаплыгина широким кругам столичной театральной общественности режиссёр Сергей Пускепалис (один из учеников Петра Фоменко, между прочим) представлял своё видение конфликтов чувств и разума по Островскому.

Конечно, 2 часа 40 минут конфликты на сцене дымились и искрили. Не знаю, чему там смеялись театральные критики, написавшие в своих рецензиях: "всем заправляет румяная Марианна Шульц, ни одна реплика которой не проходит без того, чтоб кто-то в зале не грохнулся со скамейки от хохота", но мне было не смешно. Местами, надо отдать должное автору пьесы, режиссёру и труппе, улыбчивость приходила, но какой-то она была мимолётной, быстро ускользающей. Происходящее на табакерской площадке меня ввергало во что угодно (ну, там, в философские размышления, например), но только не в смех и падения со скамейки.

А днём раньше (благодаря киноподарку одного замечательного человека) моей головой правил другой режиссёр. Орсон Уэллс, ещё тот мастер поселять людей в душевный штопор, в своей экранизации притчи Франца Кафки "Процесс" ("The Trial", 1962) по полной программе, во всех чёрно-белых красках продемонстрировал сумасшествие мира и его обитателей, киновыстрадав железобетонный, нет титановый вывод: "вина изначально коренится и в природе человека, и в социальном устройстве общества". Вообще-то, Уэллс и Кафка - это потрясающе мощный сплав мыслей и образов.

Перечитывая "Прощай, оружие!", обнаружил у Эрнеста Хемингуэя то, мимо чего проходил раньше: "Я знал, что не люблю Кэтрин Баркли, и не собираюсь её любить. Это была игра, как бридж, только вместо карт были слова. Как в бридже, нужно было делать вид, что играешь на деньги или ещё на что-нибудь. О том, на что шла игра, не было сказано ни слова. Но мне было всё равно".

К коллекции винных пробок прибавилась ещё одна. "Calandray Reserve". На крутых склонах района Мори (что на самом юге Франции) в 2004-м случился, действительно, хороший урожай. :)
 
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments